MorePC - Главная страница


О сайте

Регистрация

Обратная связь

Реклама на сайте

Публикации на сайте

Карикатуры

  Категории СВТ     Тесты и методики испытаний     Новости СВТ     Проблемы информатизации     Форум     Опросы     Словарь     Поиск  

     Средства защиты информации : Теория  

Предлагаем Вашему вниманию статьи по информационной безопасности.
 

02.08.2007 ЗАДАЧА ИДЕНТИФИКАЦИИ И АУТЕНТИФИКАЦИИ. ПОСТАНОВКА В ОБЩЕМ ВИДЕ И ПОДХОДЫ К РЕШЕНИЮ.

версия для печати

ЗАДАЧА ИДЕНТИФИКАЦИИ И АУТЕНТИФИКАЦИИ.

ПОСТАНОВКА В ОБЩЕМ ВИДЕ И ПОДХОДЫ К РЕШЕНИЮ

Д.т.н, проф. А.Ю.Щеглов

ЗАО “НПП “Информационные технологии в бизнесе”

www.npp-itb.spb.ru

Идентификация и аутентификация – это один из основных механизмов защиты, который, пожалуй, на сегодняшний день наиболее исследован. Вместе с тем, большинство исследований посвящено различным способам хранения и ввода идентификационной информации о пользователе. Однако разработчики средств защиты почему-то забывают (что наглядно иллюстрируют возможности большинства представленных на рынке средств защиты), что задача идентификации и аутентификации в своей постановке, когда речь заходит о компьютерной безопасности, куда шире, чем задача контроля входа пользователя в систему. Заметим, что именно так она формулируется и в соответствующих нормативных документах в области защиты информации. Так в чем же состоит эта задача и как она должна решаться в профессиональных (читай, эффективных) средствах защиты информации?

1. Требования нормативных документов к механизму идентификации и аутентификации.

Прежде всего, напомним основные понятия. Идентификация — это процесс распознавания элемента системы, обычно с помощью заранее определенного идентификатора или другой уникальной информации - каждый субъект или объект системы должен быть однозначно идентифицируем. Аутентификация — это проверка подлинности идентификации пользователя, процесса, устройства или другого компонента системы (обычно осуществляется перед разрешением доступа).

Прежде всего, обратимся к формализованным требованиям в области защиты информации, посмотрим, и попробуем в них найти ответ на вопрос, какими же функциями должен быть наделен механизм идентификации и аутентификации? Формализованные требования к механизму идентификации и аутентификации пользователей задаются действующим сегодня нормативным документом “Гостехкомиссия России. Руководящий документ. Средства вычислительной техники. Защита от несанкционированного доступа к информации. Показатели защищенности от НСД к информации”.

Для СЗИ от НСД, используемых для защиты конфиденциальной информации (5 класс СВТ) требования к механизму идентификации и аутентификации состоят в следующем:

Комплекс средств защиты информации (КСЗ) должен требовать от пользователей идентифицировать себя при запросах на доступ. КСЗ должен подвергать проверке подлинность идентификации - осуществлять аутентификацию. КСЗ должен располагать необходимыми данными для идентификации и аутентификации. КСЗ должен препятствовать доступу к защищаемым ресурсам неидентифицированных пользователей и пользователей, подлинность идентификации которых при аутентификации не подтвердилась.

Видим, что, выдвигается требование, состоящее в необходимости идентификации и аутентификации пользователя именно при запросах на доступ.

Заметим, что в требованиях к СВТ 4-го класса защищенности вообще задачи идентификации и аутентификации пользователя при входе в систему и при запросе на доступ разделены на две самостоятельные задачи, кроме того, здесь появляется некое понятие “субъект” в общем виде.

Комплекс средств защиты информации (КСЗ) должен обеспечивать идентификацию пользователей при запросах на доступ, должен проверять подлинность идентификатора субъекта - осуществлять аутентификацию. КСЗ должен располагать необходимыми данными для идентификации и аутентификации и препятствовать входу в СВТ неидентифицированного пользователя или пользователя, чья подлинность при аутентификации не подтвердилась.

Что же представляет собою запрос на доступ к ресурсу? В общем случае подобный запрос может быть охарактеризован тем, какой пользователь обращается к ресурсу (идентификатор пользователя, определяющий, кому нужен ресурс), какой процесс (приложение) обращается к ресурсу (идентификатор процесса, определяющий для решения каких задач пользователю нужен ресурс), и, собственно, к какому ресурсу осуществляется обращение (идентификатор объекта доступа).

Естественно, возникает вопрос, с какой целью необходима какая-либо идентификация и аутентификация субъекта и объекта доступа при запросах на доступ к ресурсу. Ведь в любой системе защиты предполагается, что реализуется механизм идентификации и аутентификации пользователя при входе в систему. Результатом этот является однозначная идентификация пользователя, запускаемые им процессы наследуют этот идентификатор, т.е. именно от лица идентифицированного пользователя и обращаются к ресурсу, на чем, кстати говоря, и строится в своей основе разграничительная политика доступа к ресурсам. С объектом доступа вообще все понятно, например, файловый объект казалось бы однозначно идентифицируется своим полнопутевым именем. Какие здесь еще проблемы?

2. Задача идентификации и аутентификации субъекта “пользователь” при запросах на доступ.

2.1. Этапы идентификации и аутентификации пользователя, реализуемые ОС Windows.

Этапы идентификации и аутентификации пользователя, реализуемые в системе (на примере ОС Windows), представлены на Рис.1.

Первый шаг идентификации, поддерживаемый режимом аутентификации, реализуется при входе пользователя в систему. Здесь следует выделить возможность входа в штатном и в безопасном режиме (Safe Mode). В порядке замечания отметим, что принципиальным отличием безопасного режима является то, что при запуске системы в безопасном режиме можно отключить загрузку сторонних по отношению к системе драйверов и приложений. Поэтому, если в системе используется добавочная СЗИ от НСД, можно попытаться загрузить систему в безопасном режиме без компонент СЗИ от НСД, т.е. без средства защиты. С учетом же того, что загрузить систему в безопасном режиме может любой пользователь (в Unix системах – только Root), то СЗИ от НСД должна обеспечивать возможность входа в систему в безопасном режиме (после идентификации и аутентификации) только под учетной записью администратора.

Второй шаг состоит в запуске пользователем процессов, которые уже, в свою очередь, порождают потоки (именно потоки в общем случае и осуществляют обращение к ресурсам). Все работающие в системе процессы и потоки выполняются в контексте защиты того пользователя, от имени которого они так или иначе были запущены. Для идентификации контекста защиты процесса или потока используется объект, называемый маркером доступа (access token). В контекст защиты входит информация, описывающая привилегии, учетные записи и группы, сопоставленные с процессом и потоком. При регистрации пользователя (первый шаг, см. Рис.1) в системе создается начальный маркер, представляющий пользователя, который входит в систему, и сопоставляет его с процессом оболочки, применяемой для регистрации пользователя. Все программы, запускаемые пользователем, наследуют копию этого маркера. Механизмы защиты в Windows используют маркер, определяя набор действий, разрешенных потоку или процессу.

 


Рис.1. Этапы идентификации и аутентификации пользователя

 

В общем случае пользователь имеет возможность запуска процесса, как с собственными правами, так и под учетной записью другого пользователя. Запуск пользователем процесса под другой учетной записью возможно только после выполнения процедуры аутентификации – пользователь должен ввести идентификатор и пароль, соответствующие той учетной записи, под которой им будет запущен процесс (например, подобную возможность в ОС Windows предоставляет утилита: runas.exe, но начиная с ОС Windows XP эта функция уже вынесена в проводник - ее можно реализовать, нажав правой кнопкой мыши на выбранном в проводнике исполняемом файле).

В порядке замечания отметим следующее. С одной стороны, это очень полезная опция, которая может быть использована в корпоративных приложениях, когда на одном компьютере требуется обрабатывать конфиденциальные и открытые данные. При этом предполагается, что для обработки данных различных категорий создаются различные учетные записи. Данная опция предполагает, что одновременно (без перезагрузки) можно обрабатывать данные различных категорий, например, под одной учетной записью обрабатывать необходимым приложением конфиденциальные данные, под другой учетной записью запустить Internet приложение (у вас на мониторе может быть открыто одновременно два окна). Естественно, что реализация данной возможности выставляет и дополнительные требования к СЗИ от НСД (например, при подобном запуске приложения ОС Windows между пользователями не изолируется буфер обмена, который в ОС является “принадлежностью” рабочего стола).

Однако важнейшей особенностью рассматриваемого способа запуска процесса является то, что при этом система начинает функционировать в многопользовательском режиме – в системе одновременно зарегистрировано несколько пользователей. Как следствие, может возникнуть проблема однозначной идентификации пользователя при доступе к ресурсу, что характерно для решения задачи реализации разграничительной политики доступа к устройствам (об этом поговорим ниже).

Третий шаг состоит в порождении процессом потоков, которые собственно и обращаются к ресурсам. Система предоставляет разработчикам приложений сервисы олицетворения. Сервис олицетворения (impersonation) предоставляет возможность отдельному потоку выполняться в контексте защиты, отличном от контекста защиты процесса, его запустившего, т.е. запросить олицетворить себя с правами другого пользователя, в результате - действовать от лица другого пользователя. Как следствие, именно на этом этапе и возникают вопросы корректности идентификации и аутентификации пользователя при запросе доступа к ресурсам, а задача идентификации и аутентификации пользователей при запросах на доступ сводится к контролю корректности олицетворения.

В порядке замечания отметим, что аналогичная ситуация имеет место и в ОС семейства Unix, где существуют понятия идентификатора и эффективного идентификатора (под которым собственно и осуществляется запрос доступа к ресурсам).

Вывод. Требование: “КСЗ должен обеспечивать идентификацию пользователей при запросах на доступ…” актуально и должно реализовываться современными СЗИ от НСД. При этом задача защиты при выполнении этого требования сводится к контролю корректности олицетворения при запросах доступа к ресурсам, т.к. именно использование сервиса олицетворения может привести к неконтролируемой смене исходного идентификатора.

2.2. Реализация механизма идентификации и аутентификации при запросах доступа к ресурсам

В общем виде решение задачи должно состоять в следующем. При запросе доступа к ресурсу должны выявляться факты произошедшего олицетворения (соответственно, субъектом доступа здесь выступает процесс, для которого анализируется наличие олицетворяющего маркера доступа) и проверяться их корректность в соответствии с заданными разрешениями (запретами), что проиллюстрировано на Рис.2. Очевидно, что проверка прав субъекта доступа к ресурсу должна осуществляться уже после проверки корректности его идентификации.


Рис.2. Укрупненный алгоритм идентификации и аутентификации

при запросе доступа к ресурсу

Таким образом, в качестве субъекта доступа выступает процесс (в том числе, это обусловливается и тем, что различные процессы (приложения) могут затребовать и различных правил разрешенных (запрещенных) олицетворений, что невозможно обеспечить, если в качестве субъекта доступа принять пользователя - учетную запись).

2.3. Ограничения возможности корректного решения задачи.

Ограничения, о которых пойдет далее речь, в первую очередь, относятся при реализации разграничительной политики доступа к устройствам.

Разграничение доступа к устройствам – это задача противодействия внутренним ИТ-угрозам (в частности, решаемая для защиты информации от санкционированных пользователей – инсайдеров), которая далеко не единственная в данных приложениях, но, пожалуй, сегодня наиболее “на слуху”.

Заметим, что в нормативном документе “Гостехкомиссия России. Руководящий документ. Средства вычислительной техники. Защита от несанкционированного доступа к информации. Показатели защищенности от НСД к информации”, вопросы контроля доступа пользователей к устройствам (начиная с СВТ 4-го класса защищенности) формируются в виде отдельного требования:

КСЗ должен включать в себя механизм, посредством которого санкционированный пользователь надежно сопоставляется с выделенным ему конкретным устройством.

Чтобы понять суть существующих ограничений, проанализируем, как ОС Windows (в ОС семейства Unix рассматриваемые проблемы не столь критичны, т.к. устройства в них монтируются к файловой системе) работает с устройствами, и сразу натолкнемся на проблему (решения рассматриваемой задачи, реализуемые собственно ОС Windows, рассматривать не будем, т.к. они не удовлетворяют требованиям применения в корпоративных приложениях). Проблема здесь состоит в том, что многие устройства предполагают возможность взаимодействия с ними приложения не напрямую, а через драйвер. В этом случае запрос доступа к устройству осуществляется от лица пользователя System (варианты решения задачи на прикладном уровне рассматривать не будем, ввиду их априорной уязвимости). Возникает вопрос, а откуда взять идентификатор пользователя, который инициировал это обращение к устройству. Можно, конечно, “посмотреть”, какой пользователь зарегистрирован в системе, и фильтровать запросы доступа, применительно к его учетной записи (кстати говоря, подобный подход и реализуется некоторыми специализированными средствами защиты). Но не будем забывать, что современные ОС Windows многопользовательские. Как отмечали ранее, начиная с Windows XP, возможность входа в многопользовательский режим уже вынесена в интерфейс (например, из проводника можно по правой кнопки мыши выбрать опцию запуска приложения с правами другого пользователя – получим многопользовательский режим). В многопользовательском режиме уже в системе одновременно зарегистрировано несколько пользователей, при этом выявление учетной записи, от которой осуществлен запрос доступа к устройству, становится неразрешимой (или, по крайней мере, весьма сложно корректно решаемой) задачей.

Что получаем – некорректное решение задачи защиты в общем виде, которое обусловливается не особенностью частного решения, а архитектурной особенностью ОС. А ведь решение по реализации обработки на компьютере одним и тем же пользователем как открытой, так и конфиденциальной информации, априори предполагающее задание различных режимов обработки (соответственно, различных прав доступа к ресурсам) информации различной категории, состоящее в том, что информация различной категории обрабатывается одним и тем же пользователем под различными учетными записями, на сегодняшний день, на наш взгляд, является единственно эффективным решением.

В порядке замечания отметим, что существуют средства, предполагающие иные подходы к решению задачи задания различных режимов обработки информации различной категории одним пользователем (не разделение по учетным записям), однако эффективность подобных средств в данной работе анализировать не будет (это вопрос самостоятельного исследования).

Таким образом видим, что задача идентификации пользователя может решаться некорректно именно в тех приложениях, для использование в которых и предназначено средство защиты.

Возникает вопрос - как решить данную задачу (речь идет о корректном разграничении доступа пользователей к устройствам, доступ к которым осуществляется через драйверы), если архитектурная особенность реализации обращения к ресурсу такова, что он осуществляется от имени пользователя System?

При этом будем учитывать, что для обращения к подобным устройствам, как правило, необходимо приложение (отдельная программа), взаимодействующая с драйвером устройства. С учетом сказанного, можем заключить, что данную задачу можно решить с использованием механизма обеспечения замкнутости программной среды, разрешив/запретив пользователю запуск приложения для работы с устройствами (при доступе к объекту файловой системы идентификатор пользователя всегда, в том числе, и при многопользовательском режиме, может быть корректно определен, при этом, конечно, не будем забывать о необходимости идентификации и аутентификации при запросах доступа к ресурсам – это первая, из рассмотренных нами задач).

Вывод. Требование: “КСЗ должен включать в себя механизм, посредством которого санкционированный пользователь надежно сопоставляется с выделенным ему конкретным устройством” для ряда устройств (взаимодействующих по средством драйвера) технически не выполнимо. Поэтому для опосредованного выполнения данного требования должны применяться механизмы защиты, позволяющие ограничивать взаимодействие конкретных пользователей с устройствами с использованием тех механизмов контроля доступа к ресурсам, которые позволяют однозначно идентифицировать пользователя при запросе доступа к ресурсу.

3. Задача идентификации и аутентификации субъекта “процесс” при запросах на доступ.

Прежде всего, несколько слов об альтернативных подходах к реализации разграничительной политики доступа к ресурсам. В качестве субъекта доступа (для которого разграничиваются права доступа к ресурсам) в общем случае необходимо рассматривать ту сущность, которая по каким-либо соображениям не пользуется доверием (для нее и следует ограничивать права доступа). Если мы говорим о внутренних ИТ-угрозах (противодействие попыткам хищения информации со стороны санкционированных пользователей - инсайдеров), в качестве субъекта доступа, в первую очередь, следует рассматривать пользователя. При этом в равной мере актуальны задачи разграничения прав доступа к ресурсам, как между различными пользователями (чтобы один пользователь не получил доступ к информационным ресурсам другого пользователя), так и для одного пользователя. В последнем случае необходимо ограничивать (либо разделять, если пользователем может обрабатываться и открытая, и конфиденциальная информация) режимы обработки информации (по сути – это уже “сессионный” контроль доступа к ресурсам).

Однако на практике не менее актуальной является задача разграничения прав доступа к ресурсам для субъекта “процесс”.В общем случае именно процесс следует рассматривать в качестве источника возникновения внешней ИТ-угрозы. Тому может быть несколько причин, что следует из приведенной классификации известных типов вирусов, положим их в основу классификации процессов, несущих в себе угрозу:

    • Несанкционированные (сторонние) процессы. Это процессы, которые не требуются пользователю для выполнения своих служебных обязанностей и могут несанкционированно устанавливаться на компьютер (локально, либо удаленно) с различными целями, в том числе, и с целью осуществления несанкционированного доступа (НСД) к информации;
    • Критичные процессы. К ним мы отнесем две группы процессов: к процессам первой группы отнесем те, которые запускаются в системе с привилегированными правами, например, под учетной записью System, к процессам второй группы те, которые наиболее вероятно могут быть подвержены атакам, например, это сетевые службы. Атаки на процессы первой группы наиболее критичны, что связано с возможностью расширения привилегий, в пределе – получения полного управления системой, атаки на процессы второй группы наиболее вероятны;
    • Скомпрометированные процессы – процессы, содержащие ошибки (уязвимости), ставшие известными, использование которых позволяет осуществить НСД к информации. Отнесение данных процессов в отдельную группу обусловлено тем, что с момента обнаружения уязвимости и до момента устранения ее разработчиком системы или приложения, может пройти несколько месяцев. В течение этого времени в системе находится известная уязвимость, поэтому система не защищена;
    • Процессы, априори обладающие недекларированными (документально не описанными) возможностями. К этой группе мы отнесем процессы, являющиеся средой исполнения (прежде всего, это виртуальные машины, являющиеся средой исполнения для скриптов и апплетов, и офисные приложения, являющиеся средой исполнения для макросов).

На самом деле, процесс всегда несет в себе угрозу компьютерной безопасности. Даже, если не акцентировать своего внимания на закладках (особенно этот вопрос актуален для свободно распространяемого ПО, либо ПО иностранного производства для особо критичных приложений), то всегда остается высокой вероятность ошибки программирования в приложении (тому не мало примеров), предоставляющей злоумышленнику недекларируемую разработчиком ПО возможность несанкционированного доступа.

Таким образом, если вероятность угрозы, исходящей со стороны пользователя, еще можно снизить, то вероятность угрозы со стороны процесса всегда высока.

Заметим, что угроза, порождаемая процессом, далеко не всегда является внешней ИТ-угрозой. Инсайдер также может запустить стороннюю программу, модифицировать код санкционированного приложения, воспользоваться недеклалируемой возможностью ПО.

Другими словами, разграничительная политика доступа к ресурсам для процессов носит более общий характер и обязательно должна реализовываться СЗИ от НСД (если, конечно, мы говорим об эффективном средстве защиты информации). Задача обеспечения компьютерной безопасности в рассматриваемых приложениях в основе своей сводится к задаче контроля запуска и локализации действий процессов на защищаемом компьютере.

На практике трудно себе представить ситуацию, когда может понадобиться реализация разграничительной политики доступа к ресурсам либо только для субъекта “пользователь”, либо только для субъекта “процесс”. Поэтому актуальна задача комплексирования, состоящая в следующем.

Для решения рассматриваемой задачи при управлении доступом к ресурсам следует различать два самостоятельных субъекта доступа – “пользователь” и “процесс”. При этом необходимо управлять доступом (разграничивать права доступа) не только для субъекта пользователь, или только для субъекта процесс, но и для субъекта “пользователь, процесс” в комплексе. Как следствие, могут быть выделены следующие схемы задания разграничительной политики доступа к ресурсам:

    • Разграничение прав доступа к объектам процессов вне разграничений пользователей (эксклюзивный режим обработки запросов процессов - доступ к объекту разрешается, если он разрешен процессу);

    • Разграничение прав доступа к объектам пользователей, вне разграничений процессов (эксклюзивный режим обработки запросов пользователей - доступ к объекту разрешается, если он разрешен пользователю);

    • Комбинированное разграничение прав доступа - разграничение прав доступа к объектам процессов в рамках разграничений пользователей (доступ к объекту разрешается, если он разрешен и пользователю, и процессу).

Заметим, что техническое решение, реализующее данный подход, нами запатентовано (А.Ю.Щеглов. Система разграничения доступа к ресурсам, патент №2207619, приоритет от 12.07.2001 г.).

Вернемся к вопросам идентификации и аутентификации, но уже применительно к субъекту доступа “процесс”. Идентификатором его является полнопутевое имя. Таким образом, для корректной идентификации субъекта “процесс” необходимо предотвратить возможность запуска процессов под иными именами и предотвратить возможность модификации исполняемых файлов, полнопутевые имена которых разрешены для выполнения.

Напрашивается очевидное решение – контролировать разрешенные к запуску исполняемые файлы на целостность (естественно, асинхронно, перед запуском). Однако данное решение обладает слишком серьезными недостатками, чтобы оно могло бы быть рекомендовано для использования в общем случае. Причем основной недостаток здесь связан не с очевидной сложностью администрирования данного механизма, а с влиянием механизма на вычислительный ресурс защищаемого компьютера (это ведь не только исполняемые файлы приложений, но и всех системных процессов). Поэтому будем рассматривать данную возможность в качестве опциональной, рекомендуемой для использования в случаях, когда невозможно предотвратить модификацию разрешенного к запуску исполняемого файла иными средствами, например, когда приложение должно запускаться с внешнего накопителя, хранящегося у пользователя.

Для решения рассматриваемой задачи в общем случае целесообразно использовать механизм обеспечения замкнутости программной среды.

В общем случае создание замкнутой программной среды – достигается за счет исполнения механизмом контроля доступа регламента запуска и обеспечения целостности ПО. При этом механизм считается реализованным корректно лишь при условии, если выполняются требования к полноте и корректности разграничений прав на запуск исполняемых файлов. Под полнотой разграничений понимается возможность регламентировать доступ для операции “выполнить” для всех ресурсов, из которых возможен запуск ПО, а под корректностью – способность противодействия любой модификации разрешенных к исполнению объектов, а также запуску под их именем других (несанкционированных) программ.

В предлагаемой нами реализации для локализации программной среды необходимо регламентировать права доступа к папкам (каталогам, подкаталогам), из которых пользователям разрешено (запрещено) запускать исполняемые файлы. С учетом принятых правил размещения приложений и необходимости запуска системных процессов, целесообразно разрешать выполнение программ только из каталогов \Program Files, куда следует устанавливать приложения, и \Winnt (WINDOWS). А чтобы предотвратить возможность модификации санкционированных исполняемых файлов, запись пользователям в эти каталоги, напротив, следует запретить.

Заметим, что, если в качестве субъекта доступа может выступать как сущность “пользователь”, так и сущность “процесс”, то данный механизм защиты позволит настраивать замкнутость программной среды не только для пользователей, но и для процессов. В этом случае можно разрешить любому процессу, либо контролируемому процессу (как субъекту) запуск исполняемых файлов только из каталогов \Program Files, и \Winnt (WINDOWS) и запретить прикладным процессам запись в них. Очевидное достоинство этого решения, в “равноправности” разграничений для всех пользователей - вне зависимости от корректности их идентификации при доступе к ресурсам (в частности, атаки на расширение привилегий становятся невозможными).

Вывод. Требование: “Комплекс средств защиты информации (КСЗ) должен обеспечивать идентификацию пользователей при запросах на доступ, должен проверять подлинность идентификатора субъекта - осуществлять аутентификацию…” актуально и должно реализовываться современными СЗИ от НСД и применительно к субъекту доступа “процесс”. При этом задача защиты при выполнении этого требования сводится к реализации механизма обеспечения замкнутости программной среды.

4. Вопросы корректности идентификации объекта доступа.

Здесь, на первый взгляд, проблем вообще не существует. Однако, если внимательно рассмотреть архитектурные принципы реализации и возможности современных универсальных ОС, точка зрения на этот вопрос радикально меняется. В порядке примера рассмотрим предоставляемые современными ОС Windows возможности идентификации файлового объекта при запросе доступа.

В NTFS файловый объект может быть идентифицирован различными способами:

    • Файловые объекты, задаваемые длинными именами, характеризуются той отличительной особенностью, что к ним можно обращаться, как по длинному, так и по короткому имени, например к каталогу “\Program files\” можно обратиться по короткому имени “\Progra~1\”;
    • Файловые объекты, задаваемые русскими (либо в иной кодировке) буквами, также имеют короткое имя, которое формируется с использованием кодировки Unicode (внешне они могут существенно различаться), например, короткое имя для каталога “C:\Documents and Settings\USER1\Главное меню” выглядит как “C:\Docume~1\USER1\5D29~1\”. К этим объектам также можно обратиться, как по длинному, так и по короткому имени;
    • Файловый объект идентифицируется не только именем, но и своим идентификатором (ID) – индекс объекта в таблице MFT, причем некоторые программы обращаются к файловым объектам не по имени, а именно по ID.

Пусть установленная в вашей информационной системе СЗИ от НСД не перехватывает и не анализирует лишь один подобный способ обращения к файловому объекту, и, по большому счету, она становится полностью бесполезной (рано или поздно, злоумышленник выявит данный недостаток средства защиты и воспользуется им).

Вывод. Из сказанного выше получаем следующее требование к идентификации объекта доступа – объект доступа должен однозначно идентифицироваться при любом допустимом способе обращения к нему (при любом способе его идентификации приложением) на доступ.

Мы в исследовании не затронули вопросы ссылок, возможность обращения к файловым объектам по их ID, что на практике реализуется рядом приложений, и т.д.

Таким образом, проведя данное исследование, видим, насколько сложна задача идентификации и аутентификации, как в своей постановке в общем виде, так и в решении, если, конечно, говорить о построении эффективного средства защиты информации, сколько механизмов защиты должно быть реализовано в составе СЗИ от НСД для решения данной задачи в общем виде. А если хотя бы одного из рассмотренных механизмов в средстве защиты нет – уже уязвимость! Кстати говоря, о термине “эффективность” в данных приложениях. Заметим, что СЗИ от НСД не может обладать высокой или низкой эффективностью (это не параметр производительности). СЗИ от НСД либо защищает, либо нет. Если существует хотя бы один канал обхода средства защиты, рано или поздно, им воспользуется злоумышленник, как следствие, в этом случае правомерно утверждать, что данная СЗИ от НСД не обладает потребительской стоимостью (или просто бессмысленна для практического использования). Здесь невольно возникает вопрос (это уже в части формализации требований к СЗИ от НСД – сегодня очень актуальный вопрос), а как подразделять СЗИ от НСД на какие-либо классы или группы? СЗИ от НСД высокого класса обеспечивает защиту, а низкого нет (иного не дано)? Напрашивается вывод о том, что подобное разделение СЗИ от НСД на какие-либо группы или классы по функциональным возможностям и по набору механизмов защиты не допустимо! Тогда на основании чего могут быть введены классификационные признаки СЗИ от НСД?

В заключение отметим, что в данной работе на примере исследования лишь одной, на первый взгляд, наиболее сегодня изученной задачи защиты информации, авторы сделали попытку убедить читателя, что защита информации – это очень сложная научно-техническая и инженерная задача. К сожалению, исторически нас приучили к тому, что средство защиты может быть простым в использовании и в администрировании. Большую (на наш взгляд, отрицательную) роль в этом сыграли антивирусные средства, основанные на сигнатурном анализе – “нажал две кнопки, запустил “черный ящик”, все проверил, безопасность обеспечена”. Однако сигнатурные анализаторы – это не средства защиты – это средства контроля (сравнение с эталоном). Поэтому, с одной стороны, они могут быть простыми в использовании (задача лишь в пополнении набора эталонов, которая для потребителя “прозрачна”), с другой стороны, их использование принципиально не может обеспечить эффективной защиты (принципиально невозможно обеспечить выполнение требования к полноте и достаточности набора эталонов). Если же мы говорим о корпоративных приложениях, где конфиденциальные данные являются потенциальным товаром, т.е. обладают потребительской стоимостью, к вопросам компьютерной безопасности необходимо относиться серьезно, необходима соответствующая квалификация лиц, отвечающих на предприятии за защиту информации (о разработчиках СЗИ от НСД уж и не говорим). В этом случае потребитель уже должен ожидать от разработчика средств защиты не простых, а эффективных и обоснованных решений!

 

 

 

 

Статью "02.08.2007 ЗАДАЧА ИДЕНТИФИКАЦИИ И АУТЕНТИФИКАЦИИ. ПОСТАНОВКА В ОБЩЕМ ВИДЕ И ПОДХОДЫ К РЕШЕНИЮ." Вы можете обсудить на форуме.



Спонсоры страницы:
трубы пнд 110


вверх
  Copyright by MorePC - обзоры, характеристики, рейтинги мониторов, принтеров, ноутбуков, сканеров и др. info@morepc.ru  
разработка, поддержка сайта -Global Arts